Творчество Дмитрия Щедровицкого

Cтихи и поэмы
 
Публикации
Из поэтических тетрадей
Звукозаписи
Поэтические переводы
 
Публикации
Из поэзии
Востока и Запада
 
Библейская поэзия
Древняя
и средневековая иудейская поэзия
Арабская мистическая поэзия
Караимская литургическая поэзия
Английская поэзия
Немецкая поэзия
Литовская поэзия
Теология и религиоведение
 
Книги
Статьи, выступления, комментарии
Переводы
Аудио и видео
Культурология и литературоведение
 
Статьи, выступления, комментарии
Звукозаписи
Аудио и видео
 
Теология и религиоведение
Стихи и поэмы
Культурология и литературоведение
Вопросы автору
 
Вопросы, заданные
на сайте
Вопросы, заданные
на встречах со слушателями
Стих из недельного
раздела Торы
Об авторе
 
Творческая биография
Статья в энциклопедии «Религия»
Отклики и рецензии
Интервью
с Д. В. Щедровицким
Карта сайта
English
 
Яндекс.Метрика
 Cтихи и поэмы    Из поэтических тетрадей    Стихи 2009 года    Стихи 2009 года

Стихи 2009 года

 

***

Случайными созвучьями влеком,

Увязнешь в них легко.

А лучшие стихи — под языком,

Как мёд и молоко.

 

Струится речь, как чистая вода,

Легка твоя стезя.

А главного — не скажешь никогда.

Да, видно, и нельзя.

 

2009

 

***

Сомненья кончились. На крыше,

В красе оранжевой — Саид,

Сбивая снег, на солнце рыжий,

Как памятник Труду, стоит.

 

А там, вдали, меридиан

Съезжает, плача по убитым,

И завывает океан —

Он недоволен нашим бытом.

 

А у Саида есть мечтанье —

Сбив снег, вернуться в близкий круг,

Где ждёт горячее питанье,

Где встретит девушка. Иль друг.

 

И, коль стихии не сотрут

Высокое паренье духа,

Мы выживем. И будет Труд

Об лёд лопатой биться глухо.

 

2009

 

***

…Но сердце в метельном метанье

Рыдает и жаждет припасть

К апрелю рассветному, к тайне

Мечты, оживляющей Страсть,

 

К источнику мысли весенней,

К тем снам, что растут за строкой,

Где слышится вышнее Пенье

И ум обретает покой.

 

2009

 

***

Воздетым к облаку молчаньем

Царит над полем зимний клён,

Пространства говором печальным

И страхом ветра убелён.

 

Он, пауза в их скорбной речи,

Он, мыслей снежных перерыв,

Ветвями пестует и лечит

Тревожный трепет четверых —

 

Земли и неба, ветра, снега,

Простор терпению уча,

И мука переходит в негу

Под ветвью властною врача,

 

Как под рукою дирижёра

Оркестр смиряет свой порыв,

Из тьмы желания тяжёлой

Дверь в просветление открыв.

 

…Воздетым к облаку молчаньем

Царит душа моя зимой

Над ветра зябкими речами

И лечит поля страх земной.

 

И, проникаясь этой дрожью

Охладевающих стихий,

К ним призывает милость Божью,

В страх речи низводя стихи.

 

2009

 

***

Огромное поле:

Казалось бы, вволю

Гуляй, да небес наблюдай чудеса…

Мир марли и боли?

Снег — россыпи соли?

Огромное поле — 

Но где же мой сад!?

 

Там тропки тенисты,

И, вверх или вниз ты

Идёшь, а лучи всё трепещут в листве,

Трепещут, как птицы,

И, что ни случится,

Ты с каждой травинкой в извечном родстве.

 

Дух, верой согретый!

Проси себе лета,

Лучей не слепящих — и тени проси,

От ярого света, пыланья Завета —

Укройся за ликами Древней Руси!..

 

…Не свет и не темень,

Но нет на нём тени —

На поле, где гаснут шаги, голоса.

Из мира метелей,

Тоски и смятенья

Уйдёшь — станешь тенью.

Но где же мой сад?..

 

2009

 

***

Куда уйти

От Вспышек Девяти —

И от Десятого, Сокрытого?

Так удалён, неведом скит Его,

Что даже сердцу не найти

Малейшего к Его жилищу следа.

Но всё ж — и с Ним идёт беседа

У живо-трепетной души,

И все желанья-крепыши

Рождаются от этой встречи тайной…

На грани мира, за окраиной

Реченья — духа — вещества,

Где в глине мысль едва жива

Умолкшим отзвуком Любови,

Где стражи мрака наготове

Стоят, в преддверье торжества, —

На Древе ночи, среди веток

Сухих, назначенных для Чёрного огня, — 

Вдруг вспыхивают Девять Светов,

И тот, Десятый, смотрит на меня, 

Столь удалён, незрим и кроток,

Столь близок, родствен и любим,

Что в отблесках последних, сотых, 

Всё так же цел и не дробим.

И высветляются пути

Из бездны — в лучезарный скит Его…

Куда уйти

От Вспышек Девяти —

И от Десятого, Сокрытого?..

 

2009

 

***

Из-за дальней кромешной черты,

Это мучится лес, а не мысли,

Березняк дрожит, а не ты.

 

Это день, а не взор твой, не светел,

Это дальнего грохота час.

Всё мощней, всё порывистей ветер,

Это ветер — не ангельский глас. 

 

Среди тьмы, среди ночи полдневной

Притаилась изба, не дыша.

Это стелется дым над деревней,

А не с телом простилась душа.

 

2009

 

***

Я участвую в Ваших романах,

Вашим взглядом на небо гляжу,

И в любовных признаньях обманных

Лучик райских услад нахожу.

 

Сколько лиц, сколько чудных видений,

Сколько судеб, с весною в ладу!

Я всмотрелся — но всё это тени,

Тени осени в Летнем саду.

 

Я скорблю, что сдает у Вас сердце

И что кратки осенние дни,

Что уже отворяется дверца

В Тёмный Свет, где мы будем одни.

 

2009

 

***

Новым эоном нам разум скрутило,

В красный закат окунулось светило,

 

Но не лишился я доли святой —

Медную чашу наполнить водой.

 

Медная чаша, древняя чаша,

Память сакрально-прозрачная наша,

 

Память о рае сквозь отблеск огня,

Вечной водой напоила меня.

 

Новых эпох тёмнокрасное брашно —

И прикоснуться, и вымолвить страшно —

 

Я отвергаю,

Отодвигаю:

Мне приготовлена чаша другая…

 

2009

 

Рассказ Путника

Я посмею Вас

Потревожить не на час, 

А на малое мгновенье,

На минуточку.

 

Уж тому идёт

И не месяц и не год,

А с весьма изрядным гаком —

Три столетия:

 

Правил Русью всей

Царь тишайший Алексей —

Божью Церковь разорял он

И расстраивал

 

При нём Никон жил —

Устав новый положил,

И на сорок толков

Церковь раскололася.

 

Вот тогда отцы,

Того века мудрецы,

В Стародубской древней волости

Сходилися:            

 

Стала мудрых рать

Громко небо вопрошать —

Мол, какой из этих толков

Верный-истинный?

 

Тут раздался гром,

Озарилось всё огнём,

И сошёл Господь на гору

На Городину.

 

И с тех пор Бог сил,

Плоть крестьянскую носил,

Называться стал

Данила свет Филиппович.

 

Из села в село

Слово Божье потекло —

Воскрешать по духу мёртвых

Силой истины.

И из града в град,

Где все души смертно спят,

Полилась из уст пречистых

Жизнь бессмертная…

 

Если ж этот так,

То другое всё пустяк —

Власть и войны, и наука

И политика.

 

Если Сам Господь

Снова принял плоть, —

Остальное прах и пепел

И ничтожество.

 

Все цари да короли

Перед Ним лежат в пыли —

Все как есть,

Включая Ленина и Сталина.

 

Так шептали нам, —

Я от деда слышал сам,

Да вот верить ли, не верить? —

Сомневаюся…

 

2009

 

***

А если знать всё слишком хорошо,

Не остаётся закутка для чуда.

И мир тогда — постылая лачуга,

А не волшебный дом, в который ты вошёл.                       

 

Да, только что вошёл. И каждый уголок

Таит нежданное. В упор смотреть не надо.

Для бокового зренья — не для взгляда

Прямого — всюду притаился Бог…

 

2009

 

Спонтанность

Деревьев марта нерасцветший танец —

Весна зимой.

Уколы солнца — острого, метельного,

Истратившего, до креста нательного, 

Своё тепло в позёмках казино.

Спонтанность.

Мы по мечтаньям узеньким скитались,

Досчатым переулочкам надежд.

Но разговор не ладился. Вернуться —

И до мимозы марта дотянуться,

В окошке детства бедного. Да где ж?..

 

2009

 

***

Высочайший Смысл присутствует

В городах и в облаках,

Тайну Жизни сердце чувствует,

Как ребёнка на руках, —

 

Леденея иль теплея,

То в аду, а то в раю,

Осязает всё смелее

Тайну страшную сию…

 

2009

 

***

Всё расставлено-рассчитано,

Вплоть до крынки молока.

Жизнь всё так же беззащитна,

И несносна и легка.

 

Так задумано-загадано,

До прощальной той меты,

Что уже и речь не надо нам

Отличать от немоты.

 

2009

 

Летнее небо

Как ненавязчиво и нежно,

Едва притрагиваясь к зренью,

Скользит в июне Небо между

Заботой нашей и сиренью!

 

И среди яви, среди сна ли

Вдруг обернётся к нам и ждёт —

Чего? Чтоб мы, смутясь, признали

Сирень — важнейшей из забот?..

 

2009

 

***

Поверь, что ты певец и вестник,

А весть — неведомо кому,

И только шумы крон древесных

Внимают пенью твоему.

 

Они на слово отвечают,

Восторг в их шелесте — и суд,

И сердце на ветвях качают,

И к смерти бережно несут.

 

2009

 

***

Ученье о Всеобщем Сне —

Великих Пробуждений корень,

Чей Плод над радостью и горем

Цветёт в незримой вышине.

 

Куда бежать, к чему стремиться?

Скреплён Седьмой Печатью ларь,

Где жизнь желанная хранится.

И нам дана — лишь вертикаль.

 

2009

 

***

Речь времён высокая, речь пространств прекрасная,

Мёд моим мгновениям, боль и плач — годам,

Речь, в которой сызмальства слухом я участвую,

Тайна, за которую жизнь свою отдам.

 

Грянет Слово горнее — и падут вериги,

И зарукоплещут воды всех морей.

Речь, запечатленная в Облаке и Книге,

Божья речь всемирная, речь любви моей!

 

2009

 

***

Печалью волны выстлав,

Уловишь в невод вен

Лишь пение Сирен

Да шёпот жёлтых листьев.

 

Так продлеваешь в мыслях

Молитву, встав с колен.

Так, прошлое исчислив,

Идёшь к нему же в плен.

 

2009

 

***

Лишь повторив, мы

Услышим… Лишь.    

Капают рифмы

С ветвей и с крыш

 

В городе этом,

Где тает ледок,

Родиться поэтом —

Не дар, а долг.

 

Не скажешь, кто там

Вначале спел.

Ведь к первым нотам

Влекла капель.

 

А слух расклёван,

Луча быстрей,

Щекотным словом

Трёх снегирей…

 

2009

 

***

А первый Свет — он здесь по-прежнему.

Он ближе ближнего. Нежнее нежного.

Он — первый, с кем ты в жизни встретился.

Он взором теплится. Он мыслью светится.

 

С ним никогда ты не расстанешься.

Им не забудешься. Тьме не достанешься.

Отступишь в дальность и забвение —

А он опять с тобой. А ночь — мгновение…

 

2009

 

***

Земных надежд закатный сад,

Осенних чувств прощальный взгляд,

 

Цветенья пышного итог:

Осталось несколько цветов.

 

О сердца боязный улов:

Семь флоксов, золотых шаров!

 

Сорвать ли их? Оставить жить?

Кому на память подарить?

 

Прощальный луч — и меркнет цвет

Роскошных трав и ярких лет.

 

И, прячась от ночной тоски,

Смыкает сердце лепестки.

 

2009

 

***

Цветы сомкнули чашечки, чтоб дню

Минувшему уже не пить из них

И новый смысл из темноты возник.

И перед ним я голову склоню.

 

Мрак единит. Почти различий нет.

Исчезло дня подробное меню.

Но дружествен душе парад планет.

И перед ним я голову склоню.

 

Я знаю: к Духу, словно дым к огню,

Относится сей мир, сей мрак ночной.

Но Дух — незримо зреет надо мной.

И перед Ним я голову склоню.

 

2009

 

***

Свод небесный возносит — и давит.

Непостижный, то лёгок, то грозен,

И пределы цветения ставит

Нежным судьбам и воинским розам.

 

Над забвеньем и памятью властен,

Он сгущает свой облачный лагерь.

Кровь живущих — из ливневой влаги.

Даже мышь я убить не согласен.

 

2009

 

***

Берёза могучая — мыслей сокровище наших,

О сила ветвей, поколеньями думы вбиравших,

О лиственный пир!

Ушедшие живы — им вслед многорукая машет,

И светел их мир.

 

Кто ж поднял топор — и родов единенье обрушил,

Сорвал покрывало с небес, бесприютные души

Навек сиротя?

Барометра стрелка к великой склоняется суши,

И плачет дитя.

 

2009

 

***

В саду играет скрипка

С левкоями меж нот.

Ещё одна улыбка,

И я у Ваших ног.

 

Как распахнул оконца

Наш деревянный сруб…

Одна улыбка солнца,

Движенье Ваших губ!

 

Обиделись? Да бросьте,

Там флейта, контрабас…

У нас такие гости

Бывают в жизни раз:

 

По тропкам стародавним

Гуляют и поют —

Давно под чёрным камнем

Обретшие приют.

 

Напевом вторят флейте

Умолкшие давно…

Налейте мне, налейте

Искристое вино —

 

Нет, не вино забвенья,

Чтоб слёз поток затих,

Но чашу вдохновенья,

Чтоб вспомнить каждый штрих!

 

Она играет — скрипка,

И светом залит сруб.

Ещё одна улыбка,

Одно движенье губ!

 

Возможно продолженье,

Любви спасенье — стих.

Ещё одно движенье,

И Вы меж рук моих!..

 

2009

 

***

Где полёт и лёгкость линий,

Где раздолье краскам,

Где вниманьем неба синим

Каждый клён обласкан,

 

Где ликует сад, объятый

Божьим состраданьем,

И где смотришь на меня ты

С тайным ожиданьем, —

 

Там опять я не отвечу,

Снова промолчу я,

Там о месте новой встречи

Думать не хочу я,

 

В золотом луче горящем,

В этой райской куще,

Там живу я настоящим —

Против тьмы грядущей.

 

Там ни шелеста, ни хруста,

Травы не пригнуты,

Так не обвиняй же чувство,

Что живёт минутой,

 

И душа не виновата,

Что молчанья хочет:

Там для света нет заката,

Нет грядущей ночи.

 

Но всегда из ночи тёмной,

С полуночной тризны,

Будет виден день огромный

Световой отчизны,

 

То безмолвие живое,

Всех мелодий краше,

То молчанье роковое

Пред разлукой нашей.

 

2009

 

***

…Пусть на губах — лишь вкус обиды,

Забвенья горький приговор…

Но крик в пустыне! Но акриды,

Но дикий мёд, но ветер с гор!

 

И стих бессмертный не записан:

Необорим никем, никак —

Он обретён! Он прянул к высям,

Он прям в цвету, он прян в веках!

 

2009

 
 

Главная страница  |  Новости  |  Гостевая книга  |  Приобретение книг  |  Справочная информация  |  Новый пункт  |  © 2012